Экспедиция: поиск в нескольких направлениях

Экспедиция: поиск в нескольких направлениях

Основным направлением работы комплексной экспедиции по­началу было радиевое. Местом размещения радиевого производства был выбран район бывшего нефтяного промысла инженера А.Г. Гансберга. Бывшую солеварню переоборудовали в лабораторию и весной 1930 года под руководством И.И. Гинзбурга начали исследовательские работы по извлечению радиоактивных солей из пластовых вод.

В составе лаборатории было всего девять человек. Результаты работы оказались впечатляющими, и уже в 1931 году началось сооружение специальной системы извлечения радиоактивного продукта из полученных из недр пластовых вод. С 1934 года Водный промысел №2 стал единственным поставщиком радиевых концентратов в стране, полностью обеспечив потребности науки и промышленности в радии и позволив отказаться от его закупки за рубежом.

В составе Ухтинской экспедиции в апреле 1930 года была образована Печорская группа, в которую входили: Н.А. Жигаловский - уполномоченный группы, её главный руководитель, К.Г. Войновский-Кригер - геолог, руководитель работ, С.П. Жемчужин - топограф, Г.И. Дмуховский - коллектор, Т. Карасев - стрелок военной охраны и семь человек рабочих: Гвоздик, Шишаев, Кевелер, Цуркан, Коваленко, Будко и Кулиныч.

В деревне Медвежской жил П.Ф. Логинов, обнаруживший в районе реки Малой Кожвы выходы нефти. Поскольку Печора еще не тронулась, Войновским-Кригером и Дмуховским был совершен маршрут по реке Большая Кожва на санях и лыжах, чтобы определить первые очертания стратиграфии нижне-каменноугольных отложений этого района. После того как 28 мая лёд на Печоре тронулся, стала возможна экспедиция по Малой Кожве для исследования выходов нефти. Это место оказалось в 80 км от устья, но нефть открыть не удалось. В результате их работ Печорская группа остановила свое внимание на районе Еджыд-Кырт, где по итогам сезона К.Г. Войновским-Кригером было открыто Еджыд-Кыртское угольное месторождение.

Одновременно из Москвы по линии Академии наук и Института изу­чения Севера направились экспедиции А.А. Чернова и Н.Н. Иорданского с целью изучения верховьев реки Усы. Перед Н.Н. Иорданским была поставлена задача исследования верховья реки Усы выше впадения в нее реки Косью. Из состава экспедиции была выделена группа, которую возглавил сын А.А. Чернова, молодой геолог Г.А. Чернов, получивший задание исследовать бассейн реки Воркуты. Н.Н. Иорданский с Г.А. Чер­новым направились вверх по реке Усе и, пройдя около 300 км, достигли устья реки Воркуты, где и расстались.

Н.Н. Иорданский пошёл дальше вверх по реке Усе, а Г.А. Чернов начал изучение бассейна реки Воркуты. Река оказалась порожистой, трудной, и только в 85-120 км от устья были обнаружены многочис­ленные выходы каменноугольных пластов самого высокого качества. Так было открыто поздним летом 1930-го года знаменитое Воркутское месторождение.

За 1930 год в работе Ухтинской экспедиции ОГПУ окончательно оформились три главных направления. Приказом №23 от 23 января 1931 года все пункты и командировки были разбиты на три группы. Первая - с базой на реке Воя, она охватила реки Большую и Малую Кожву, Щугор, Соплес, её временным начальником стал заключённый И.А. Жигаловский. Вторая занялась Лег-кемом, Ишмысом, с базой в селе Нямедь, временно исполняю­щим должность начальника стал А.А. Аносов. И третья охватила реки Ярегу, Чуть, Речь-Йоль с базой в посёлке А. Гансберга, временно исполняющим должность начальника стал К.С Эрдели.

Главный итог деятельности экспедиции в 1929-1930 годах состоял в стро­ительстве необходимой базы для резкого расширения добычи открытых промышленных запасов нефти, радиоактивной воды и каменного угля.

В 1929 году велось только жилищное строительство, и за год было построено 535 м3 бараков и других жилых помещений. Но уже в 1930 году объёмы строитель­ных работ возросли в 10 с лишним раз и составили 5983 м3, в том числе по такому назначению: жилищное - 2406 м3, лечебное - 80 м3, административное - 507 м3, транспортньгй склад - 543 м3, заводское и промышленное - 2447 м3.

Начато было и строительство нефтяных вышек. В 1929 году было построено две вышки, а в 1930 году - уже 10. Резко расширились буровые работы.

Н.Н. Тихонович предложил заложить скважину в пределах уже открытого летом 1917 года Чибьюского месторождения, где в начале двадцатых годов добывали нефть. 23 ноября 1929 года Н.Н. Тихонович составил докладную записку на имя Я.М. Мороза: «...начало глубокого бурения разведочно-эксплуатационного типа придётся отодвинуть почти до конца будущего летнего сезона, т.к. истекший сезон 1929 г. в очень большой мере пропал безрезультатно из-за позднего приезда экспедиции на место. Ещё для геологических поездок удалось выкроить 1,5 - 2 поздних осенних месяца, а лёгкие буровые разведки приходится вести зимою... Таким образом, попытку выявить бурением практическую выгодность эксплуатации ухтинcкой нефти в настоящий момент я вынужден ограничить бурением в тех районах, где нефтеносность проявляется наиболее сильно. Таких районов два: 1) район Ухты близ устья Чути и Яреги и 2) район Чибью... По мнению технического руководителя экспедиции и другого технического персонала, расчистка скважины РТН нерациональна и не приведёт к нужным результатам. Новую буровую сква­жину я намечаю поэтому в условиях, наиболее обеспечивающих открытие извест­ного здесь нефтеносного горизонта, - по восстанию пластов к западу от старой буровой в 425 метрах, т.е. на достаточном удалении для избежания обводняюще­го влияния старой скважины».

В апреле 1930 года была забурена новая скважина №5, находившаяся напротив нынешнего здания администрации города Ухты.

С установлением зимней дороги на эту площадку доставили оставленное на баржах на реке Ижме в местечке Ыргэна-Шар тяжёлое буровое оборудование и на­чали строить буровую и монтировать оборудование.

Косолапкин И.И.
Косолапкин И.И.

Зимой, когда морозы достигали 40°С и ниже, построили буровую, привышечные сооружения и смонтировали оборудование.

Строительством буровой руководил Иван Ильич Косолапкин.

Скважину бурили пять месяцев.

26 октября 1930 года с глубины 338,7 м самопереливом пошла лёгкая нефть дебитом более четырёх тонн в сутки. Так было официально открыто первое в Коми АССР месторождение лёгкой нефти с промышленными запасами, названное Чибьюским, и это была первая промышленная девонская нефть в СССР.

Ухтинская экспедиция в 1929 году из старых восстановленных скважин добыла 5 тонн нефти, в 1930-м - 88т,в 1931-м - 250т и в 1932 году- 1070 т.

На 1 августа 1930 года в поселении Чибью состояло на учёте 483 заключённых (из них 3 - женщины), на 28 октября 1930 года - 771 заключённый (в т.ч. 5 женщин).

Промысел
Нефтепромысел на Чибьюсском месторождении. Вторая половина 1930-х годов

В начале апреля 1931 года Политбюро ЦК ВКП(б) рассмотрело мероприятия, обеспечивавшие решение топливной проблемы на Европейском Севере. В его работе принял участие И.В. Сталин, в ходе обсуждения распо­рядившийся возложить на Ухтинскую комплексную экспедицию разведку Воркутского угольного месторождения. По поводу нефти он задал вопрос - о её качестве. Начальник ГУЛАГа Л.И. Коган, по свидетельству участника заседания председателя Архангельского крайисполкома Ф.Г. Тараканова, ответил, что ух­тинская нефть нисколько не хуже грозненской, что добыта 21 тысяча тонн.

Обсуждение на Политбюро ВКП(б) ухтинских проблем имело своё продол­жение в постановлениях Высшего Совета народного хозяйства СССР и стало началом коренного изменения темпов и масштабов работ на нефть и газ в Печорском крае.

20 апреля 1931 года Высший Совет народного хозяйства СССР при­нял постановление «О развитии топливной базы Северного края». В нём  были намечены организационные и технические меры по усилению работ в Коми автономной области, касающиеся разведки и добычи угля, нефти, газа,  "спецпродукции" - радия.

В тридцатые годы Коми автономная область была одним из важных объектов геологоразведочных работ в едином плане масштабных геологопоисковых работ, развернувшихся в стране в годы первой пятилетки. Государственный интерес к этому вопросу не ослабевал. В 1931 году в Архангельске было организовано Северное государственное геологичес­кое управление.

Уже в марте-апреле 1931 года правительственным органам (в первую очередь в ВСНХ и Главном управлении лагерей ОГПУ) стало ясно, что работы Ухтинской экспедиции ОГПУ требуют поддержки по всем направлениям: финансирование, поставка оборудования, рабочей силы, решение транспортных проблем. Была создана комиссия во главе с замеситителем председателя ВСНХ В.И. Межалуком, где развернулись споры об opганизации топливной базы для Севера и Ленинграда. Представитель Ленинграда Кодацкий предложил использовать сланцы под Ленинградом и бурый уголь в Боровичах. Представитель Архангельского обкома Ф. Тараканов и геолог А. Чернов настаивали на использовании угля Печорского края, так как он мог обеспечить не только Ленинградскую промышленность, но и северный флот в Мурманске и Архангельске. Комиссия приняла «северный вариант».

Весной 1931 года руководство ОГПУ окончательно пришло к выводу, что всё возрастающее экономическое значение Ухтинского и Печорского райо­нов вынуждает ОГПУ перенести центр управления Северными лагерями из Сольвычегодска на Ухту и Печору.